Главная / Культура / «Легко заниматься инди-лейблом, когда тебе 17 лет»

«Легко заниматься инди-лейблом, когда тебе 17 лет»

Булат Халилов, создатель Ored Recordings, — о новых проектах, проблемах этнографических лейблов и о взаимодействии фолк- и поп-музыки

текст: Кристина Крыжановская


          «Легко заниматься инди-лейблом, когда тебе 17 лет»

© «Этномузыка»

Лейбл Ored Recordings, издающий традиционную кавказскую музыку, выпустил второй альбом группы Jrpjej.

Кристина Крыжановская, создательница и ведущая подкаста «Этномузыка», который выпускает студия «Терменвокс», поговорила с Булатом Халиловым, одним из основателей OredRecordings, опроблемах инди-лейблов и пересечении традиционной музыки с эстрадой.

— Состав Jrpjej с момента выхода прошлого альбома изменился. Расскажи про сегодняшнюю команду.

— Jrpjej сегодняэто три человека. Тимур Кодзоков, который придумал Jrpjej и который следит за звуком. Основные идеи потому, как песни должны звучать, — его. Алан Шеуджен, реализующий это видение. Эстетика, которую Тимур придумывает, во многом продиктована звучанием Алана. Исамый молодой участник — Дайана Кулова. МысТимуром давно искали женский вокал в наши проекты и столкнулись с проблемой: в нашем регионе женский вокал — это или очень эстрадный вокал, или академический. Нетаэстетика, которая нам нужна. АуДайаны диапазон гораздо шире. Она может петь так, как интересно этому проекту.

Но вообще наша идея в том, что Jrpjej — это какое-то комьюнити, куда люди заходят-выходят, приносят свои идеи… Другое дело, что эти идеи должны проходить через меня, Тимура, Алана и Дайану. Потому что все-таки это творчество, а не суперсвобода. Если все будут делать совсем все что хотят, будет бардак.

— Что ты думаешь про пересечение традиционной музыки с эстрадой?

— Эстрада во многом игнорирует ту музыку, которой мы занимаемся. Тепесни, что ребята достают из архивов, практически неизвестны. Итут тоже дискуссионный вопрос: наша эстрада — преемник традиционной музыки, связана сней? Или она ее просто…

— Эксплуатирует?

— Эксплуатирует, да. Тут все зависит от точки зрения, и ябы не хотел быть каким-то судьей. Вцелом мне по большей части не нравится то, как эстрадные исполнители работают с традиционной музыкой. Наверное, еслибы нравилось, мыбы эту эстраду и делали. Просто то, что мы предлагаем делать, — про «давайте посмотрим еще и с другой стороны». Ненужно делать все одинаково.

— Как ты видишь идеальное — вот просто пофантазируем — взаимодействие эстрады и народной музыки?

— Как, например, украинцы «ДахаБраха» работают с украинской музыкой. Нельзя сказать, что это прям эстрада, но это во многом и поп-музыка. Даже ИванДорн сейчас подходит к традиционной и околофольклорной музыке. Это интересно, и несмотря на то, что я не могу сказать, что это прям близкая нам музыка, там чувствуется вкус. Человек создал что-то новое в разрезе поп-музыки. Или если взять ирландцев, например. Там есть много проектов с очень чистеньким звуком, когда голоса вроде сладкие, но при этом у них гораздо более сложные мелодии, чем у нас. Даивообще их поп-песни в принципе из традиции идут.

У нас же берутся традиционные мелодии, туда наслаивается дешевый бит, немного синтезатора. Ивсе. Было бы неплохо, если бы тотже бит был там разным, чтобы синтезаторные подложки и какие-то эффекты были оригинальные. Нонет, все просто берут одну кальку и делают одно и тоже. Если сейчас поставить пять исполнителей из Адыгеи или пять исполнителей из Кабардино-Балкарии, то очень сложно будет понять, кто есть кто. Очень все одинаково звучит. Вот в этом, мне кажется, и есть проблема. Аведь поп-музыка и эстрадная музыка тоже предполагают какую-то свободу творчества. Ябы не сказал, что это плохая музыка. Просто все делают ее одинаково. Уменя есть доступ к радиоархивам, мы находили рок-обработки 70-х — 80-х годов, и они все звучат по-разному. Была какая-то музыкальная мысль. Ксожалению, сегодня это все в эстраде деградировало, и особой мысли мы — ну, за редким исключением — не наблюдаем.

В идеале я вижу взаимодействие эстрадной и традиционной музыки в регионах так, чтобы музыканты прислушивались друг к другу. Чтобы человек из эстрады подходил к традиционному материалу художественно, сточки зрения мысли, а не с идеей «ясделаю трек и выступлю на свадьбе». Когда музыка существует только для того, чтобы создать какой-то продукт, — это не музыка.

— Какие еще лейблы народной музыки делают то, что делает OredRecordings?

— В России это Antonovka Records. АнтонАпостол ездит по регионам, и его география гораздо шире. За короткий срок он выпустил гораздо больше релизов, чем мы. Очень много материала — от Грузии до Руанды. Вообще я особенно не слышал, чтобы в России были лейблы, системно работающие с этнографией. Очень много экспедиций проходит в академических кругах, они делают очень много записей. Ноесли ты не специалист, то ты эти записи особо не послушаешь.

А во всем мире таких лейблов очень много. Можно взять американский Sublime Frequencies, который издает поп-музыку разных регионов — от Таиланда, от Юго-Восточной Азии до арабских стран. Иуних бывает и традиционная музыка. Английский лейбл Death Is Not TheEnd работает в основном с архивами, издает архивы английской и американской традиционной музыки. Авладелец лейбла Люк интересуется лондонскими пиратскими станциями, рейв-культурой и издает еще и это. Мне кажется, это тоже очень хорошо, очень созвучно с идеей издания традиционной музыки, потому что это локальная музыка, которая какую-то идентичность объявляет. Намсэтим тоже былобы интересно поработать. Вообще лейблов в мире очень много. Мысейчас делаем проект Global Zomia — это серия подкастов и текстов, где мы берем интервью у владельцев таких лейблов и музыкантов, которые нестандартно подходят к традиционной музыке. Надеюсь, что этот проект потом станет книгой.


          «Легко заниматься инди-лейблом, когда тебе 17 лет»

© «Этномузыка»

— Чего не хватает инди-лейблам в России? Помимо денег, понятно.

— Рук не хватает. Легко заниматься инди-лейблом, когда тебе 17 или 19 лет, у тебя нет обязательств перед всеми, на тебя не давит социальный груз, что ты не зарабатываешь, вот это все. Тыпросто пока пацанчик или девчонка, ты можешь делать это для себя. Итыможешь говорить, что ты это делаешь наперед. Что потом это принесет деньги. Или если ты горишь идеей, то ты это будешь делать. Апривлекать людей очень сложно. Почему у нас нет СММ-менеджера? Потому что я не знаю, сколько мы сможем ему заплатить. Сейчас мне уже неудобно кого-то просить работать за идею. Потому что сами мы что-то зарабатываем, но очень сложно просчитать стабильность заработка. Иты незнаешь, как мотивировать людей, которые не так горят твоей идеей. Иони и не обязаны этим гореть.

Чего еще не хватает? Если брать местную среду, то, мне кажется, есть много музыкантов в провинции, и они могут быть очень талантливы, но у них мало навыков, мало опыта выступлений, записи… Агонора очень много! Все послушали Rammstein, Metallica, и им кажется, что их второй концерт после выпуска альбома должен быть на стадионе, для стотысячной аудитории. Авыпуск альбома — это когда ты просто свои треки в «ВК» выложил. Иони представляют, что они в автобусе по всей стране или даже по Европе должны разъезжать с девчонками полуголыми. Аэтоже все не так работает. Когда мы делали фестивали с музыкантами, которые независимую музыку делают, мы сильно об это обожглись. Уровень исполнительства и идей в зачаточном состоянии, а уровень амбиций — как у состоявшихся музыкантов. Это сильно мешает работать.

Но главное — все-таки деньги. Потому что непонятно, как на этом зарабатывать, непонятно, как выйти на аудиторию, которая сможет тебе платить. Иопятьже это проблема не только лейблов. Вообще, в принципе, у нас в стране у людей не так много свободных средств, чтобы платить за музыку. Типа в кино сходить еще ладно, в кафе — о'кей, а за музыку платить — нет, нет, нет. Почему я должен за нее платить, вот яже могу ее послушать? Унас нет такой культуры.

— Какие мечты у вашего лейбла?

— Мы бы хотели заняться документальным кино. Врядли мы будем его сами снимать, но мыбы занялись продюсированием. Нам не хватает визуальной части. Былобы здорово делать какие-то выставочные проекты. Хочется расширить свое поле деятельности, потому что идей очень много и контактов много. Вообще нужно расширять пространство, где традиционная музыка может звучать. Нам кажется, сферы искусства, культуры, экспериментальной антропологии — это как раз то поле, куда наше видение традиционной музыки очень хорошо впишется.

Полная версия разговора — здесь

Источник colta.ru

Оставить комментарий

Ваш email нигде не будет показанОбязательные для заполнения поля помечены *

*

x

Check Also

А ты очень близко

«Странные сближенья» как сборник хитов Ивана Дорна текст: Анастасия Семенович В ГМИИ им. Пушкина показывают «Странные ...